Воспоминания детей об отце (Ермолин Степан Иванович)

Часть 4. Воспоминания сына Владимира Степановича
к 90-летию артиста. 24.04.2004 года.

          Я, самый младший сын Степана Ивановича Ермолина, рано остался без отца. Ведь мне в год его смерти исполнилось только 10 лет. Тогда я не мог оценить все величие своего отца и его значение для коми национального искусства. Я могу только вспоминать об огромном горе, которое свалилось на нашу многодетную семью. Мы и при отце то всегда ощущали недостаток в доме, а какого было горе мамы, оставшейся без кормильца с тремя сыновьями-школьниками на руках. И я, 10-летний мальчик, с ужасом понял, что уже никогда не обнимет нас отец своими могучими и нежными руками, уже никогда не привезет нам гостинцы из командировки, такие ароматные и вкусные яблоки, не будет мыть своих сыновей и парить в общей бане N 1, что находилась невдалеке от нашего дома.
         Мы уважали и очень любили своего строгого отца. Поэтому с детства были приучены, и к порядку, и к трудолюбию, много читали и хорошо учились. А когда его не стало мы, пацаны, понимали, что надо во всем помогать своей маме. Сами топили печи, таскали ведрами воду из колонки, мыли полы. Но все-таки мы были мальчишками, причем очень спортивными и азартными в спортивных баталиях. Никто в округе не мог обыграть нас в футбол, если в одной команде собирались все братья. Зимой лучше нас никто не катался на коньках, никто лучше нас не играл в хоккей. Летом мы день и ночь пропадали на реке. Купались, рыбачили, катались на лодках. Помню, как  мама строго нас предупреждала «Утонете, домой не приходите!». Маму, в отличие от папы, мы боялись поменьше. Да и баловала она нас сиротиночек чрезмерно. Гораздо строже относилась к нам наша старшая сестра Миля, которая помогала маме растить и воспитывать нас, младших братьев. Представьте себе картину: все уличные друзья идут на речку купаться, а Миля нас укладывает спать после обеда. И попробуй ослушаться её! Так, что мои детские воспоминания об отце становятся просто воспоминаниями о детстве как таковом.
      Позже, когда я стал уже взрослым, и из семейных разговоров мамы и старших своих братьев стал понимать, что отец мой был очень знаменитым в республике человеком, еще при жизни заслужил самые высокие почести, а после смерти  долгое время его почему-то не вспоминали.
      Уже в наши дни, перечитывая его дневники, меня до глубины души взволновала одна запись: «18.05.1941г. Работаю усердно над «Усть-Куломским восстанием». Сегодня закончил 3-ее действие в стихах, для музыкальной драмы к Юбилею. Но уверен, что эти труды пропадут даром. Опять скажут, что сделал Д.... Ну, что же! Пускай! Но мой сын узнает по моим архивным материалам, что это все сделал я. И этим я буду доволен, хотя и в гробу.»
        Наверно он имел в виду старшего сына Юрия, ведь мы три брата родились после войны. Но получилось так, что  мне, его младшему сыну, суждено сделать то, о чем отец мечтал. Действительно, мы никогда не сомневались в его таланте. Сегодня то мы знаем, как ему было трудно доказывать свою правоту. Такое непростое было время, к тому же  отец был бескомпромиссным человеком, не умел, да и не хотел лебезить перед чиновниками от искусства. А простой народ искренне его любил, и обожал его как народного артиста, любил все коми пьесы, написанные им в соавторстве с Н. Дьяконовым, и самостоятельно.     
        Позднее, один из авторитетных критиков напишет, что ранняя драматургия Дьяконова и Ермолина «характеризуется естественными для новичков в драматургии слабостями и просчетами и в сюжете, и в композиции, и в речевой характеристике персонажей. Главный из этих недостатков – расчет на эффект «завинченной» интриги и неожиданных перипетий. И далее: «драматургия, созданная в дни войны, повторяет сюжетные, композиционные и, главным образом, художественные недостатки предыдущей». Критик не видит или, не хочет замечать всенародную любовь простых зрителей к пьесам коми драматургов. К примеру, песни Владимира Высоцкого  тоже приводили в бешенство чиновников от искусства. Но он был признан народом, его песни пели, и будут петь всегда.  Так будет и с нашим отцом.
           Лет 20 назад мне попалась в руки книга Александра Клейна «Иван Аврамов. Народный артист СССР». Тогда я еще подумал, как хорошо, что о знаменитых артистах стали печатать целые книги. Наверно, издадут такие книги и о П. Мысове, и о А. Зине, и о С. Ермолине и десятках других артистов, создателей Коми национального драматического театра. Но этого не случилось.
          И только к 90-летнему юбилею у меня появилась возможность увековечить память о своем отце, заслуженном артисте РСФСР и народном артисте Коми АССР. Причем увековечить так, как заслужил этот удивительный человек. Сегодня отец, наблюдая за нами из рая, наконец-то заметит: « Я был просто уверен, что сыновья это сделают. И я теперь доволен». 
        Книга «Куслытöм ним» - это собрание пьес, стихотворений и частушек С.И. Ермолина, которые удалось найти к моменту выпуска книги. Это воспоминания  о Степане Ивановиче тех людей, кто лично знал его при жизни, это дань памяти Великому Артисту от его родных и всех тех, кто помнит, уважает и любит его до сих пор. 
        Пусть появление книги о С.И. Ермолине, и обширный цикл юбилейных мероприятий, станут одним из этапов возрождения коми национальной культуры и его замечательного драматического театра.

24 апреля 2004 года.